Степан Григорьевич Юркевич с женой и сыном Трофимом 90-е годы XIX века

Григорий Смекалов's picture
Степан Григорьевич Юркевич с женой и сыном Трофимом 90-е годы XIX века

На Сахалине
Юркевич Степан (Стефан) – отец братьев Юркевичей, оказался очень интересным человеком. В 1890 по Чеховской переписи ему 30 лет, жене 18 (!), а дочери Настасье Степановне уже 1 год 7 мес. Займитесь арифметикой :) – невесте было 15 лет… Лишний раз убедился в предвзятости А.П. В переписи ничего интересного об этом человеке…
Вот у Ювачева «Восемь лет на Сахалине» чувствуется большое расположение к Степану Григорьевичу. Не стал править документ, чтобы почувствовали очарование старины:
Стр. 92
Учителемъ этой школы съ самаго ея основания состоялъ предприимчивый энергичный малороссъ, Ст. Гр. Юркевичъ. Шестнадцатилетнимъ мальчикомъ онъ поступилъ въ почтовую кон¬тору въ одномъ изъ южныхъ городовъ России. Вскоре за что-то почтмейстеръ разсердился на него и сталь его публично ругать. Вспыльчивый, горячий юноша страшно разобиделся и въ за¬пальчивости схватилъ случившийся тутъ же револьверъ почтальона и не прицеливаясь выстрелилъ въ своего начальника. Пуля угодила прямо въ сердце. Мальчикъ ошалелъ. Сознанье, что онъ убийца, пугало и мучило его больше, чъмъ последующий судъ, тюрьма и каторга. Юркевича приговорили въ ссылку на очень короткое время, такъ что не успелъ онъ приехать на Сахалинъ, какъ срокъ каторги уже окончился. (как Вам наказания убийц того времени? –Г.С.)
Стр.93
— Не убивайтесь, Степанъ Григорьевичу — говорили ему ссыльные.— Видно, такъ Богу угодно прислать къ намъ несчастнымъ учителя.
На первое время Юркевичъ оказался для ссыльныхъ детей превосходнымъ учителемъ. Безъ всякаго принуждения* (Иеромонахь Ираклгй, изъ бурять, цредоставилъ ему преподавать ребя¬тамъ и Заковъ Божий),или ин¬спекции со стороны, одинъ безъ помощника '), почти безъ всякихъ учебныхъ пособий, за самое ничтожное вознаграждение онъ умело справлялся съ громадной оравой неграмотныхъ детей. Подъ его руководствомъ они удивительно скоро усвоивали гра¬моту по звуковому методу. Впоследствии я виделъ его учениковъ (напримеръ, Морозова, Фролова, Ловягина, Юдова и другихъ) телеграфными чиновниками, съ благодарностью вспомннающихъ своего учителя.
Вместе съ мальчиками Юркевичъ обучалъ и девочекъ. На одной изъ своихъ ученицъ онъ женился, завелъ свой домъ и полное крестьянское хозяйство. Летомъ онъ пахалъ, боронилъ, косилъ, жаль и вообще самъ лично справлялъ все крестьянския работы и считался примернымъ хозяиномъ.
Такъ онъ проработалъ более десяти леть. Съ годами население Рыковскаго увеличилось, и вместе съ темъ увеличился и наплывъ ребятъ въ школу. Две комнаты дома Мосюкевича не могли вместить ихъ всехъ, и Юркевичъ съ болью въ сердце вьнужденъ быль отказывать наиболее молодымъ (а приводили даже шестнадцатилетнихъ детей). Наконецъ, тюремное начальство ре¬шило построить специальное большое здание для школы, выпи¬сать изъ России дипломированного учителя, купить учебныя пособия и вообще поставить обучение ребятъ насколько возможно лучше. Кроме постоянныхъ казенныхъ суммъ и частныхъ пожертвований изъ России для Рыковской школы (книги, письмен¬ный принадлежности, одежда, обувь и прочее), начальникъ округа съ своей стороны нашелъ возможнымъ отпускать ежедневно изъ тюремной экономии чай, хлебъ и соленую рыбу на завтракъ учащимся ребятамъ.
И вотъ Степанъ Григорьевичъ принужденъ былъ уступить свое излюбленное место учителя другимъ. Хотя Бутаковъ назначилъ его тюремнымъ надзирателемъ съ высшимъ окладом?» жалованья, но его не удовлетворяла эта новая должность: съ
Стр.94
одной стороны, онъ долженъ быль бросить свое любимое за¬нятая — сельское хозяйство; съ другой, надо было подчи¬няться часто несправедливымъ требованиямъ смотрителей и во¬зиться съ арестантами. Однако, ради своей семьи, онъ потол¬кался при тюрьме еще года четыре, а затемъ уехалъ на материкъ, ГДЕ и работалъ въ качестве десятника при постройке Уссурийской железной дороги. (май 1891 –начало стр-ва ж/д,1893 –пошли поезда,1897- довели до Хабаровска-прим.Г.С.)
Доверие о. Ираклия (КСТАТИ ДРУГА А.П.) дорогого стоит. А ещё в дневниках Ювачева есть упоминание, что он крестил у Юркевича сына в 1891 году Т.Е. ТРОФИМА (!) (Дневник №2, л.70 об.) Трофим же на фото Ювачева с родителями…
Учительствовал Степан с 1880 по 1890-е гг. (Чехов просто не мог писать в силу своего «заказа» о людях достойных уважения. Ему ближе были сарказм или, на крайний случай, жалость. Его любовь какая-то однобокая…) НО в комментариях к переписи ученая редакция пишет, что «в дальнейшем (после ж/д) снова работал учителем на Сахалине.»
В сборнике «Здесь живет сама история», «Лукоморье»,Южно-Сахалинск,2003 Инга Цупенкова пишет, что з/п Юркевича была 10 руб. Школа была в двух комнатной избе Ф.Л.Масюкевича. Одну из комнат занимал летом Ювачев (отсюда дружба) Как-то Ювачев подарил босому Масюкевичу обувки в начале срока, а тот разбогател и отплатил ему двумя комнатами… :)
Вот ещё из дневников:
Встретил кума Юркевича91. Он объездил волости около Амура и решил остаться на Сахалине, который ему представляется раем сравнительно с Амурскою областью. Ему не понравился народ, их нравы, нравственность и взгляды; не понравился и климат. Наши крестьяне бедствуют и сожалеют, что покинули хорошие хозяйства на острове. Заработка почти нет. Климат, по его мнению, хуже нашего. Хлеба хорошие, но сбыт плохой. К тому же бедному крестьянину не угнаться за манзами и китайцами, которые засевают хлеба несколько десятков десятин и продают очень дешево. Остаток дня провел в Церкви во время всенощной.
Это август 1891 года. Отмечу, что кумовство для очень религиозного Ювачева не простой звук…
Здесь же на Амуре, возможно, состоялась знаковая встреча Степана Юркевича с представителями разведки Заамурского округа отдельного корпуса пограничной стражи. И определилась судьба его сыновей. Видимо Степан Григорьевич хотел своим сыновьям иной, чем его доли. Мир посмотреть и пользы своей Родине принести.

Судьба разведчика

Деятельность разведчика, чаще всего, коротка и строго засекречена… Из протоколов допросов, арестованного в конце 30-х годов Трофима Юркевича и «доброжелателей» агентов ГПУ, известно, что «Юркевич Трофим Степанович, бывший доцент ДВГУ, ярый японофил, знакомый мне с 1914 года, с малых лет воспитывался в Японии в школе для бедных русских детей при духовной миссии в Токио, в годы интервенции — офицер-колчаковец и переводчик штаба японской армии в Приморье. Имеет много знакомых ему японцев из числа работающих в СССР, среди них есть его товарищи по учебе в Японии. Юркевич — старый японский разведчик, связанный с разведотделом генштаба японской армии в годы интервенции, что мне в 1922 году сообщил в Токио белоэмигрант-разведчик, сослуживец Юркевича по разведотделу, русский Юша».
Ничего удивительного, что профессиональный разведчик работал «в тылу врага», но это и легло в основу обвинения…
Конечно с образованием, связями и возможностями и Юркевичи и Ощепков и их соратники могли бы легко «осесть» в эмиграции, но эти патриоты России свои знания и силы посвятили России. Я нашел ответ своим вопросам, когда же и как они приняли Советскую Россию, у Амира Хисамутдинова:

http://src-h.slav.hokudai.ac.jp/publictn/acta/16/kihsamu/kihsamu-1.html
Конец Владивостокской школы японоведения:
Протокол допроса Н.П. Овидиева
Амир А. Хисамутдинов
"Вероятно, с помощью своего старого, еще семинарского приятеля Трофима Юркевича, переводчика Главного штаба японских экспедиционных войск и нашего разведчика, Василий устанавливает связь с Осведомительным отделом подпольной Рабоче-крестьянской партии большевиков."

"Для демонстрации в японских гарнизонах, да и в своем кинотеатре необходимы новые фильмы, и разведчик просит прислать их. Однако его обращения оказывается недостаточно; начальству нужны дополнительные "подтверждения" обоснованности этой просьбы. И вот к делу подшивается секретный рапорт завагентурой Арканова начальнику разведчасти 17-го Приморского корпуса: "Со слов маршрутного агента Иванова подтверждается необходимость снабжения резидента "Д.Д." картинами и биноклем цейса для наблюдения за японскими судами. Прошу для пользы дела обратиться от имени Корпуса в Примгубисполком (киносекция ГУБОНО) о выдаче".
Бинокль - имущество военное, резидент вскоре его получает. Но вот победить губисполкомовских культуррегеров оказалось не по силам ни разведчасти, ни всему Приморскому корпусу в полном составе. Расстаться с фильмами ни для какой "пользы дела" могущественная киносекция не пожелала. И Василий так и остался без того, что было насущно необходимо для дальнейшей работы. Уж потом ему удалось за собственный счет закупать фильмы с помощью своего старого товарища Трофима Юркевича."
Предполагаю, что и характеристику Василию, под которой подписался "Аркадий" составлял Трофим (разница слога между письмом "Аркадия", когда он пишет ответ Василию на запрос о разрешении работать в Японии под прикрытием кинодела, и стиля характеристики хорошо заметна)
После окончания активной разведывательной деятельности Трофим стал ведущим ученым во Владивостокской школе японоведения при ДВГУ:
"Свой вклад в исследование и описание районов Японии внес и преподаватель Дальневосточного университета Т . С . Юркевич , выпустивший в 20-е годы книгу «Современная Япония. Экономико-географический обзор по современным японским источникам»." Считая Юркевича серьезным ученым, его работы неоднократно использовал в своих докладах сам В.К.Арсеньев. Из одного такого доклада я узнал о существовании фундаментального труда Т.Юркевича о Сахалине.
Интересен адрес, по которому Трофим Юркевич проживал в Москве.
Это самый цетр Москвы - фактически на углу с Тверской, недалеко от Пушкинской площади.
" Юркевич Трофим Степанович
Родился в 1891 г., с. Рыковское о. Сахалин; украинец; образование высшее; б/п; Проживал: Москва, Б. Гнездниковский пер., д. 10, кв. 230."
Это старый высокий "доходный дом" внизу которого когда-то располагался театр-кабаре "Летучая мышь"
Среди жильцов 4-го Дома Моссовета, как он стал называться в советское время, были писатель-следователь Л. Шейнин и генеральный прокурор на инсценированных процессах 30-х гг., палач А. Я. Вышинский. В доме жили и многие представители интеллигенции -архитектор, автор здания "Известий" Г. Б. Бархин, поэт и художник Д. Д. Бурлюк (у него в 1915 г. останавливался В. В. Маяковский), писатель К. И. Чуковский, режиссер А. Я. Таиров.
http://www.rusarch.ru/romanuk1.htm
Интересно, что и сейчас среди жильцов этого дома есть фамилия Юркевич.
Вот из московского справочника (родственник однофамилец?):
ЮРКЕВИЧ О А Гнездниковский Б. пер. 10 кв. 529 т. 229-94-48
Имея такой богатый послужной список, Трофим Юркевич был лакомным кусочком для оперативников ГПУ. Когда в 1937 году начались аресты работавших в Японии разведчиков, Трофим был расстрелян на Бутовском полигоне НКВД одним из первых.
Работая в недрах Интернета, я нашел данные, что его судьбу разделили, как минимум две трети того спецотряда мальчиков отправленных на учебу в Японию. Такова трагедия первых разведчиков. Сегодня в преддверии ноябрьских событий, помпезно отмечаемых долгие десятилетия, я ЗА окончательное примирение нации, НО кто старое забудет тому…

Г.Смекалов
Очередной раз мои слова признательности Екатерине Малофеевой за помощь в поисках материалов.

Нравится

Comment viewing options

Выберите нужный метод отображения комментариев и нажмите "Сохранить установки", чтобы активировать изменения.
Taiohara's picture

В защиту Чехова

/Лишний раз убедился в предвзятости А.П. В переписи ничего интересного об этом человеке…/ ? /Учительствовал Степан с 1880 по 1890-е гг. (Чехов просто не мог писать в силу своего «заказа» о людях достойных уважения. Ему ближе были сарказм или, на крайний случай, жалость. Его любовь какая-то однобокая…)/

 Ай какой нехороший и недальновидный Чехов - не отметил, не выделил в переписи Юркевича!

 Перепись - это статистический документ. Так?  Так почему Вы Чехову претензии предъявляете? Он заполнил карточку на Юркевича - год прибытия, откуда?, когда? и т.д. Причём тут "любовь - не любовь", "сарказм", "жалость"?

Что проще - написать некоторые воспоминания по впечатлениям, которые тебя окружали в местах, куда тебя отправили - как Ювачёв или самому предпринять рискованное путешествие, и не для того, чтобы написать умопомрачительную историю для готовой внимать таким историям аудитории, а взвалить на себя труд рядового переписчика (ну-ка не хотите ли по квартирам с переписными листами походить?) - как Чехов? 

 // Я нашел ответ своим вопросам, когда же и как они приняли Советскую Россию, у Амира Хисамутдинова: /// - ?

///Работая в недрах Интернета, я нашел данные, что его судьбу разделили..// - ?

Toihara