Отрывок из "Эхо далеких лет"

... Получил второе письмо из Пятигорского Государственного Лингвистического Университета( ПЛГУ). Директор истории музея Лия Константиновна Кленевская просит пополнить «копилку» о выпускниках. Я уже давал некоторые материалы по просьбе музея, за что любезно благодарит меня Лия Константиновна. Оказывается, сейчас готовится третий сборник о жизни бывших студентов Университета. Просят дать воспоминания о студенческих годах, уточнить некоторые вопросы о моей жизни после окончания вуза. А ведь так оно и есть! Да, ПЛГУ который тогда назывался Пятигорский Педагогический Институт Иностранных Языков(ПГПИЯ), мне кажется, сыграл большую роль в моей жизни .Но почему интересует только период жизни выпускников после окончания вуза? Мне кажется ,посетителям моего александровск-сахалинского и белорусского дневников,посетителям музея и сайта Университета ( на котором было бы переписываться с ним более оперативно) будет интересным узнать почему и как они, то бишь, выпускники, оказались в стенах этого вуза и что их привело сюда . И что было до поступления . Особенно это будет, мне кажется, интересным для тех, кто туда собирается поступать и,конечно-же , окончить его. Это не просто!- C`est ne pas facile.!,как говорят французы.
Кстати, пришло это письмо как раз, сейчас, когда я начал писать нечто вроде (простите меня) воспоминаний. Вот и пошлю туда «куски» из далёкого предвоенного детства, где начинается исток моего, уже пожизненного, интереса к изучению иностранных языков. Пусть «юноши, обдумывающие житьё», позаимствуют чего-нибудь из этого опуса.
Итак, как сказано в Библии, « вначале было слово».
Было много слов на разных языках в моём детстве, которое прошло, как с считается, в центре Европы - в Белоруссии, недалеко от Минска. .Меня окружали сверстники, которые разговаривали на какой- то особом языке из моего детства. Там были слова из русского, белорусского, украинского, польского, литовского, еврейского, сербского и немецкого языков. И «носителям» этих языков были мои русоволосые, черноволосые и рыжеволосые конопатые девчонки и мальчишки. Я до сих пор поминаю стихи известного белорусского поэта- классика , Янки Купалы, который так писал о школьниках моего детства:
«Галасы iх гучаць разнастайнаю мовай:
Тут я?рэi, палякi i латышы.
Тут гучыць беларускае, рускае сло?ва,
А пачуццi- адзiныя ? кожнай душы
Рискну сделать перевод на русский:

Слышать много наречий постороннему ново:
Здесь евреи, поляки и латыши.
Здесь живёт белорусское, русское слово,
А добра пожеланья - от чистой души.
В предвоенные годы1938-1940 в семи-восьми километрах на север-запад от Минска в одном из общежитий черепичного завода рядом с нашей комнатой жила немецкая семья Миллеров ,старший сын- Лоренц, отец (имени не помню)и мать его – Мария(?) и маленькая сестрёнка Марта(?) года рождения, может быть,1935.Она, возможно, живёт где-нибудь в Германии и сейчас. Напротив,- через коридор семья поляков по фамилии Мяц: два брата, старше меня и мать. В угловой комнате - украинская семья Плиско: две дочери с матерью. Вот такой «интернационал»!...
Стоит только вслушаться в звучание имен моих сверстников: Казик,Алесь,Гэля. Мечик, Вилли, Францик, Стасик,.Нюра, Цезарь…Я помню имя моей первой учительницы, еврейки по национальности - Берта Захаровна. Отец мой, Михаил Викентьевич, своего родного брата Владимира в шутку называл еврейским именем Гирш потому, что он был черноволосым в отличие от него, русоволосого, имел определённый музыкальный «дар» играть на гармошке такие «произведения» из народного танцевального репертуара как «Яблочко»,«Бариню», «Краковяк», « Цыганочку» , «Лизгинку» и в том числе какой-то «выходной» еврейский марш. Он особенно торжественно и троготельно исполнялся, когда хорошо «посидевшие».как сейчас говорят, гости расходились по домам,. Он знал много еврейско-белорусских анекдотов. И вот вам один из них …Нет не на этой странице.
Прежде всего я должен ознакомить вас с технологией приготовления одного из национальных белорусских блюд, которое называется картофельные (и скажите мне, какие ещё могут быть в Белоруссии!) клёцки. Готовят их (попробуйте сами) так: крупный очищенный картофель натирают
на тёрку, отжимают получившуюся массу через марлю, добавляют немного ржаной муки соли, перемешивают, из образовавшегося довольно густого теста катают клёцки величиной с грецкий орех. Затем по одной (чтобы не слипались!) опускают в кипящую воду. Сварившиеся клёцки всплывают. Добавляют из кувшина молока и послетого, как всё закипает,- блюдо готово.
А теперь анекдот в той языковой манере:
Семья за столом дружно вылавливают из « каструля» клёцки.
Маленький еврейчик: «Мам, мам а у маёй « клёкi» « fier» лапкi i « zwei» « вокi»
( У моей клёцки четыре лапки и два глаза)
Мать отцу: «Хаим, гэта што ж мы ? студнi ма?ем?»
(Хаим, что в колодце у нас творится?)
Отец -Хаим: «У дзень па жабцы цягаем,»
Каждый день по жабке вытаскиваем.
(Для охлаждения молока, бросают в кувшин жаб, взятых из из колодца).
Вот такие иногда бывают клёцки по белорусскому рецепту!